Институт Европы РАН
Новости Институт Структура Публикации Контакты Проезд

Главная страница>>

Диссертационные советы

Институт Европы РАН Диссертационные советы

ИНСТИТУТ ЕВРОПЫ РОССИЙСКОЙ АКАДЕМИИ НАУК

На правах рукописи

Ярошенко Любовь Анатольевна

«Разрыв ценностей» в политическом диалоге Россия – Европейский союз (1994 – 2010)

Специальность 23.00.04 – Политические проблемы международных отношений, глобального и регионального развития

 Автореферат

диссертации на соискание ученой степени кандидата политических наук

Москва – 2011

Работа выполнена на кафедре мировой политики факультета мировой экономики и мировой политики Национального исследовательского университета Высшая школа экономики

Научный руководитель: доктор исторических наук, профессор Караганов Сергей Александрович

Официальные оппоненты: доктор политических наук, профессор Барабанов Олег Николаевич, кандидат исторических наук, профессор Рыжков Владимир Александрович

Ведущая организация: Институт мировой экономики и международных отношений РАН

Защита состоится:   «30» ноября  2011 г. в «15:00» часов на заседании Диссертационного совета Д.002.031.02 в Институте Европы РАН по адресу:

125993, г. Москва, ул. Моховая, д.11, стр. 3 В.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Института Европы РАН

Автореферат разослан «20» октября 2011 г.

Ученый секретарь диссертационного совета

доктор философских наук, профессор Водопьянова Е.В.

I. Общая характеристика работы

 

Актуальность темы

Необходимость приверженности «общим ценностям» как основы реализации успешного сотрудничества – тезис, проявляющийся в большей или меньшей степени в дискурсе официальных политических лиц на протяжении всего периода взаимоотношений России и Европейского союза (Евросоюза), особенно с начала 1990-х гг. При этом в качестве «общих ценностей» выступают «европейские ценности», прошедшие в своем развитии несколько исторических этапов и представляющие крайне динамичную и  трудно определяемую категорию.

Евросоюз, в силу тех изменений, которые происходили в системе международных отношений на протяжении XX века, фактически монополизировал право символизировать Европу и то, с чем ассоциировалась европейская система ценностей: основные права и свободы человека, либерализм в экономике и политике, равноправие всех перед законом и верховенство закона.

 На разных этапах своего исторического развития Россия по-разному решала вопрос о взаимоотношениях собственной системы ценностей с системой ценностей, объединяющей в единое целое западноевропейские государства. Периоды относительного сближения с европейской системой ценностей, сменялись периодами значительного удаления от нее, при этом обе системы ценностей оказывались чрезвычайно подвижными.

Фактически любое текущее сравнение европейской системы ценностей и системы ценностей России не может происходить без учета исторического динамизма содержания категории «ценность», и в случае Европы вне России, и в случае самой России. Интерпретация значения тезиса о необходимости приверженности «общим ценностям» в политическом диалоге России и Евросоюза требует понимания исторической эволюции содержания категорий «европейские ценности» и «ценности России», определения ключевых точек их относительного сближения и удаления.

В начале 1990-х гг. воспринимая Европу в лице Евросоюза в качестве интеллектуального и экономического лидера, Россия добровольно согласилась на политико-правовой формат взаимоотношений, в рамках которого приверженность «общим ценностям» воспринималась как условие существованияалась как условие существование политического диалога  и сотрудничества с Евросоюзом в целом.

Со временем подобный подход выявил множество проблем. Категория «общие ценности» постепенно превратилась в инструмент нагнетания напряжения между Россией и Евросоюзом в зависимости от складывающейся политической конъюнктуры. Отсутствуют четкие критерии соблюдения категории «общие ценности». Существует различная интерпретация ее содержания, различное понимание место и роли, которые закрепляют Россия и Евросоюз за данной категорией. Все эти факты делают дискуссию о сближении или разрыве систем ценностей России и Евросоюза особенно острой. Нередко она используется в качестве фактора, объясняющего неудачи в сотрудничестве России и Евросоюза по направлениям, не связанным с реализацией политического диалога.

В связи с этим для дальнейшего сотрудничества России и Евросоюза особенно важным представляется провести комплексный сравнительный анализ подходов сторон к определению содержания, места и роли категории «общие ценности» в рамках политического диалога. В то же время противоречивая история диалога об «общих ценностях» между Россией и Евросоюзом требует также предварительного рассмотрения процесса становления и развития системы европейских ценностей и ценностей России, выявления общих и отличительных черт. Подобный сравнительно-исторический анализ позволяет оценить контекст, на фоне которого происходит современный диалог России и Евросоюза об «общих ценностях» и глубже объяснить возможные причины трудностей данного диалога.

 Актуальность исследуемой темы, безусловно, определяется также задачами внутреннего развития России, которые были поставлены российским политическим руководством, а именно модернизацией различных сфер общественной жизни: экономической, политической, социальной.  В России присутствует определенное осознание того, что вопрос укрепления условно «европейской» составляющей ее системы ценностей – это, в первую очередь, вопрос ее дальнейшего внутреннего развития, а также внешнеполитической и внешнеэкономической конкурентоспособности. В тоже время, подход, связанный с оценочными суждениями относительно степени прогресса России на данном направлении, по опыту 1990-х гг., вызывает отторжение и неприятие.

Объектом данного исследования выступает политический диалог России и Евросоюза, определенный в рамках первого двустороннего юридического документа, СПС (1994), как процесс, направленный на сближение позиций сторон по международным вопросам и на сотрудничество по вопросам, относящимся к соблюдению принципов демократии и прав человека.

Важно отметить, что в представленной работе политический диалог России и Евросоюза рассматривается на уровне национального государства и наднационального института, а не на уровне конкретных стран. Такой подход обусловлен тем, что автора интересовал комплексный подход Евросоюза к месту и роли категории «общие ценности» в политическом диалоге с Россией.  В работе частично уделяется внимание позиции государств Центральной и Восточной Европы к роли «общих ценностей» в политическом диалоге России и Евросоюза и во всем комплексе их взаимоотношений.  Это обусловлено тем, что именно государства Центральной и Восточной Европы зачастую блокирует отдельные двусторонние инициативы России и Евросоюза. В частности, Польша и Литва возражали против предоставления мандата Еврокомиссии на начало переговоров по новой договорно-правовой базе сотрудничества.

Предметом исследования является место и роль категории «общие ценности» в политическом диалоге России и Евросоюза. Автора диссертации интересует, прежде всего, то, как каждая из сторон определяла содержание категории «общие ценности» и одинаково ли значимой являлась данная категория при реализации политического диалога для России и для Евросоюза.

Диалог России и Евросоюза об «общих ценностях» фактически происходит на фоне одного из самых противоречивых вопросов в рамках отечественной философской традиции о взаимовлиянии и взаимосвязи европейской системы ценностей и системы ценностей России. В диалоге с Евросоюзом Россия выступает как носитель не абсолютно новой системы ценностей, возникшей в момент образования современного российского государства, а системы ценностей, которая частично отражает различные исторические этапы развития России. В свою очередь Евросоюз также символизирует систему ценностей, которая стала результатом зарождения, становления и развития европейских государств.

В этой связи автор диссертации выделяет в качестве дополнительного предмета исследования содержание категорий «европейские ценности» и «ценности России» в их сравнительно-исторической ретроспективе.

Данный сравнительно-исторический анализ предваряет исследование места и роли категории «общие ценности» в политическом диалоге России и Евросоюза. Он позволяет  более широко взглянуть на дискуссию об «общих ценностях» между Россией и Евросоюзом с точки зрения того, имеют ли ценности России и Евросоюза, декларируемые в качестве «общих», единые исторические корни. Выявление исторических этапов сближения и расхождения европейской системы ценностей и системы ценностей России, а также причин этого в прошлом, дает возможность для проведения исторических параллелей и более четкого объяснения современных позиций России и Евросоюза по поводу содержания, места и роли категории «общие ценности» в рамках политического диалога.

Появление дополнительного предмета исследования находит свое отражение в обзоре степени разработанности темы в литературе и в самой структуре диссертационного исследования.

Целью диссертационного исследования является комплексный анализ формулирования содержания категории «общие ценности» в политическом диалоге России и Евросоюза, места и роли данной категории в процессе развития взаимоотношений России и Евросоюза, а также места и содержания понятия «общие ценности» в рамках текущего состояния политического диалога.

В рамках достижения обозначенной цели научной работы были поставлены следующие задачи.

Во-первых, на основании официальных документов, регулирующих взаимоотношения России и Евросоюза, проанализировать содержание и официально декларируемое место категории «общие ценности» на протяжении всей истории политического диалога сторон.

Во-вторых, подробно рассмотреть и сравнить подходы России и Евросоюза как наднационального международного института к пониманию роли категории «общие ценности» в политическом диалоге сторон.

В-третьих, обозначить наличие и характер механизмов, используемых со стороны Евросоюза с целью распространения определенной системы ценностей на РФ.

В-четвертых, оценить возможное содержание, место и роль категории «общие ценности»  в  рамках политического диалога России и Евросоюза в будущем.

Хронологические рамки исследования. Настоящая работа охватывает период с момента подписания Соглашения о Партнерстве и Сотрудничестве (1994), первого юридического документа, в котором речь шла о структурном политическом диалоге, целях и принципах его построения, и до первой половины 2011 года.

Наличие дополнительного предмета исследования потребовало охватить временной отрезок с момента становления греко-римской цивилизации, эпох Средневековья, Возрождения, Просвещения и Абсолютизма, появления национальных государств, периода между первой и мировой войнами, а также послевоенного периода по настоящий момент, с целью анализа в сравнительно-исторической ретроспективе процесса становления и развития категорий «европейские ценности» и «ценности России».

Хронологические рамки с 1994 по 2011 гг. позволяют создать целостное понимание характера и содержания политического диалога России и Евросоюза, охватывая все важнейшие этапы развития их сотрудничества, а также основные вехи политического диалога России и ЕС по вопросу приверженности «общим ценностям». 

Первый этап включает период становления взаимоотношений России и Евросоюза, с момента заключения СПС (1994) и до принятия Коллективной стратегии ЕС по отношению к России (1999), а также Стратегии развития отношений РФ с Европейским союзом на среднесрочную перспективу (1999). На данном этапе Россия должна была ассимилироваться в соответствии со стандартами, задаваемыми со стороны Евросоюза. Де-юре европейская сторона выдвинула идею «обусловленности» стратегического партнерства или любого другого формата взаимоотношений «общими ценностями», непоследовательно подкрепляя выбранную стратегию отдельными практическими шагами: приостановкой ратификации СПС в период первой чеченской кампании или замораживанием фондов ТАСИС и «Северное измерение» в ответ на начало второй чеченской кампании.

Россия, первоначально добровольно приняв предложенный формат взаимоотношений, пыталась продемонстрировать свою приверженность западному курсу развития. Однако к концу 1990-х гг. разочарование в непоследовательности действий Евросоюза как нормативного игрока, особенно в период косовского кризиса, и усиление ее внешнеполитических позиций на фоне ослабления внешнеполитических позиций Евросоюза заставили пересмотреть подход России к содержанию, месту и роли категории  «общие ценности» в политическом диалоге партнеров.

Второй этап взаимоотношений России и Евросоюза в рамках дискуссии об «общих ценностях» охватывает период с 2000 по 2004 гг.  На данном этапе Евросоюз не желал пересматривать свои взгляды на место и роль категории «общие ценности» в политическом диалоге с Россией и по инерции следовал политике 1990-х гг. 

Россия, напротив, открыто заявляла о том, что она является частью европейского цивилизационного пространства без прохождения теста на соответствие каким-либо ценностным критериям, тем более предлагаемым извне. В 2000-х гг. Россия активно пытается заставить своих партнеров признать факт того, что она имеет право на собственную систему ценностей, оставаясь при этом частью европейского культурно-исторического пространства. В рамках категории «общие ценности», Россия и Евросоюз придавали разную степень значимости «безопасности общества и государства», «невмешательству во внутренние дела» и «защите прав человека». Выделение 2004 года в качестве верхней границы данного этапа взаимоотношений России и Евросоюза в контексте диалога об «общих ценностях» связано с попыткой Евросоюза пересмотреть цели сотрудничества с Россией, и соответственно место категории «общие ценности» в этом сотрудничестве.  В итоге эта попытка оказалась неудачной и закончилась маневрированием между подходом, основанном на «интересах» и стремлением периодически акцентировать внимание на несоответствии России «общим ценности» в рамках ее внутренней политики.

Третий этап взаимоотношений России и Евросоюза, рассматриваемый в рамках данного исследования, охватывает период с 2005 по 2007 гг., до начала переговоров по новой политико-правовой базе сотрудничества. Выделение данного периода в качестве отдельной вехи взаимоотношений России и Евросоюза обусловлено следующими фактами. Во-первых, 2005 год – год принятия четырех «дорожных карт», которые хотя и были по своей природе политическими декларациями, тем не менее, согласовывались на двусторонней основе и неизбежно коснулись вопроса об «общих ценностях». В целом на данном этапе были еще раз подтверждены абсолютно разные подходы России и Евросоюза к категории «общие ценности». Формально и де-юре стороны декларировали, что находятся в одном ценностном измерении. На практике, Евросоюз пытался найти дополнительные инструменты воздействия на Россию с целью трансформации ее внутриполитического режима в соответствии с собственными стандартами, в тоже время, стараясь избежать нагнетания излишней напряженности в данном вопросе. Однако, в 2007 году разрыв в дискуссии об «общих ценностях» вновь открыто проявился на уровне первых лиц. Стороны вплотную подошли к необходимости начала переговоров по новой политико-правовой базе сотрудничества, еще раз обозначив «красные линии» в диалоге об «общих ценностях».

Последний этап сотрудничества России и Евросоюза, анализируемый в рамках данного диссертационного исследования, охватывает период с 2008 по 2011 гг. Серьезным испытанием для дискуссии об «общих ценностях», безусловно, стала война на Южном Кавказе августа 2008 г.

 Временное прекращение переговоров по вопросу подписания новой договорно-правовой базы сотрудничества еще раз показало бессмысленность нагнетания напряженности по вопросу «общих ценностей» в отсутствии реальных рычагов воздействия на Россию. Сотрудничество периода 2008 - 2011 гг. отмечено запуском нового совместного проекта России и Евросоюза, а именно программы «Партнерства для модернизации».  С точки зрения Евросоюза «Партнерство для модернизации» должно способствовать сближению России и Евросоюза по вопросу приверженности «общим ценностям». Россия, напротив, рассматривает любую дискуссию по вопросу «общих ценностей» в рамках данного проекта как очередной инструмент давления с целью получения уступок от России по другим направлениям сотрудничества.

 Методологические основы исследования. В соответствии с поставленными целями и задачами данного исследования, в качестве методологической основы своей работы автор выбрала сочетание системного и хронологического подходов.

Системный подход позволяет на основе исследования различных этапов сотрудничества России и Евросоюза во взаимодействии с комплексным анализом пакета совместных решений и документов определить содержание категории «общие ценности» в политическом диалоге России и Евросоюза, а также основные параметры изменения роли данной категории в процессе  развития их взаимоотношений.

Хронологический подход оказался незаменим при анализе этапов развития политического диалога России и Евросоюза, а также при рассмотрении динамики трансформации системы ценностей России и Европы, впоследствии Евросоюза, в исторической ретроспективе.

Использование в работе метода сравнительного анализа позволило выделить специфику подходов России и Евросоюза к вопросу «общих ценностей» в рамках политического диалога.

В процессе исследования документационной базы, регулирующей взаимоотношения России и ЕС, широко использовался метод качественного контент-анализа.

С помощью метода построения сценариев на основе текущей ситуации в рамках политического диалога России и Евросоюза в работе была осуществлена попытка прогнозирования возможного варианта места и роли категории «общие ценности» в будущих взаимоотношениях России и Евросоюза.

Научная новизна исследования заключается в следующем.

В рамках работы представлен комплексный сравнительный анализ подходов России и Евросоюза к содержанию, месту и роли категории «общие ценности» в политическом диалоге сторон с учетом исторического контекста развития и взаимовлияния категорий «европейские ценности» и «ценности России». На основе тщательного изучения всех открытых официальных источников, в научный оборот введена категория «разрыв ценностей» России и Евросоюза в политическом диалоге.

В контексте взаимоотношений России и Евросоюза поэтапно исследуется процесс становления и развития сотрудничества России и Евросоюза с точки зрения трансформации влияния категории «общие ценности».

В диссертации представлен прогнозный сценарий того, какую роль будет играть категория «общие ценности» и идея «приверженности общим ценностям» в соответствии  с текущими условиями и требованиями партнерства.

В исследовании поднимается вопрос о том, насколько сегодня совместимы система ценностей, пропагандируемая Евросоюзом, с системой ценностей России, носят ли имеющиеся различия концептуальный или инструментальный характер.

Практическая значимость работы

Работа имеет как общетеоретическое, так и прикладное значение.

Во-первых, в рамках диссертации был собран богатый фактологический и хронологический материл, который впервые позволяет оценить не только динамику политического диалога России и Евросоюза с точки зрения места и роли категории «общие ценности», но и процесс становления и взаимовлияния категорий «европейские ценности» и «ценности России» в сравнительной ретроспективе. Определение и комплексный сравнительный анализ подходов России и Евросоюза к содержанию и степени значимости категории «общие ценности», несомненно, внесет определенный вклад в общее понимание сложностей сотрудничества России и Евросоюза.

Во-вторых, сделанный в работе прогноз по поводу дальнейшей роли категории «общие ценности» в рамках политического диалога России и Евросоюза представляет интерес с точки зрения выработки и осуществления политики России на европейском направлении.

Исследование может быть интересно для сотрудников МИД РФ, представителей экспертного сообщества, занимающих вопросами взаимоотношений России и Евросоюза. Результаты работы могут быть применены для дальнейшего прогнозирования характера трансформации политического диалога России и Евросоюза, а также для подготовки лекционных курсов.

Степень разработанности темы, краткий обзор библиографии 

В рамках подготовки данного диссертационного исследования был проведен комплексный обзор российских и зарубежных работ по трем основным направлениям. 

Первое направление включило в себя российские и зарубежные труды, посвященные формированию и трансформации европейской и российской систем ценностей.

Литература, затрагивающая вопросы формирования системы европейских ценностей, в большинстве случаев, представляет собой работы, предметом исследования которых является европейская культура или европейская история. Особенно интересными в данном случае оказались труды Ч. Гордона[1], Н. Дэвиса[2], Д. Хейя[3], Такие авторы, как В. Лот[4], И. Нойманн[5], Б. Страт[6], Ф. Черутти[7],  М. Эмерсон[8] частично касались вопроса «европейских ценностей», рассматривая процесс формирования европейской идентичности и пытаясь выстраивать оптимальные сценарии идентификационных политик. Отдельные зарубежные исследователи, в частности Ю. Кокка[9], Дж. Шварцмантел[10], затрагивают категорию «европейские ценности» через призму национальной и этнической идентичности западноевропейских государств.

 Рассмотрение процесса формирования и трансформации системы европейских ценностей неизбежно требовало использования сравнительно-исторического подхода и обзора работ признанных классиков европейской историко-философской мысли.

 Изучение трудов Аристотеля[11], Геродота[12], Гомера[13], Т. Ливия[14], Платона[15], Фукидида[16], позволило более полно раскрыть особенности становления европейской системы ценностей на древнегреческом и древнеримском этапе.

 Существенную роль в обосновании главенствующей роли христианства в процессе трансформации европейской системы ценностей и переходе от Античности к Средним векам сыграли комментарии российских авторов А.М. Величко[17], А.В. Карташева[18].

Особый вклад в понимание средневековой системы ценностей Западной и Восточной Европы сделали работы российских авторов А.Я. Гуревича[19], Д.Э. Харитоновича[20], а также зарубежных авторов Ж. Ле Гоффа[21], Г. Кенигсберга[22], Л. Шпэта[23].

 Анализ трансформации системы европейских ценностей в период Возрождения и эпоху Просвещения и Абсолютизма был бы неполным без изучения работ Ж. Бодена[24], Вольтера[25], Т. Гоббса[26], Гуго де Гроота, Дж. Локка[27], Н. Макиавелли[28], Дж. П. Мирандола[29], Ш. Монтескье[30], Ж. Руссо[31].

В своей работе автор также использовала в качестве материалов для анализа системы европейских ценностей: Билль о правах[32], Декларацию прав человека и гражданина[33], декларацию Р. Шумана[34],  тексты выступлений Ф. Рузвельта[35] и У. Черчилля[36], Декларацию о европейской идентичности[37], работу «Пан-Европа» австрийского графа Р. Куденхове-Калерги[38].

Отдельного внимания заслуживают работы, посвященные современному состоянию системы «европейских ценностей», а  также исследования, посвященные сравнительному анализу европейской и российской ценностных парадигм. В данном случае необходимо отметить таких авторов, как  Н.Я Данилевского, Р. Керни, Ю.И. Рубинского [39], М. Фуше, А.О. Чубарьяна, В. Швиммера, Н.П. Шмелева, Ю. Хабермаса[40].

Литература, изучающая систему ценностей России, чаще всего представлена отечественными исследованиями в контексте исторической самоидентификации современного российского государства, а также взаимосвязи между категориями «ценности» и «модернизация». В рамках отечественной научной литературы, использованной при подготовке данного диссертационного исследования, можно условно выделить несколько направлений.

Во-первых, значительный интерес представляют работы, акцентирующие внимание на мировоззренческой функции и исторической динамике ценностных ориентиров российского общества. Следует отметить, что отечественная философская мысль неоднократно обращалась к вопросу о роли ценностей в контексте становления российской государственности, самоопределения России в качестве европейской или особой евроазиатской цивилизации. В данном контексте особенно значимыми являются труды Н.Я. Данилевского[41], Н.С. Трубецкого[42]. Среди работ, выделяющих православие в качестве ключевого фактора формирования системы ценностей России, ее самоопределения, необходимо выделить работы, ставшие уже классикой отечественной философской традиции: Н.А. Бердяева[43], К.Н. Леонтьева[44], В.С. Соловьева[45], С.Л.Франка[46], Г.П. Федотова[47], П.А. Флоренского[48], П. Я. Чаадаева[49]. Особую помощь при анализе роли византийской культуры для системы ценностей России оказали работы В.С. Иконникова[50], Н.В. Синицыной.[51]

 Оценка вклада эпохи Петра I в трансформацию системы ценностей Московской Руси была бы неполной без прочтения работ Б.И. Куракина[52]. В целом большой интерес для освещения формирования системы ценностей Российской империи представляли работы известных российских историков: К.Д. Кавелина[53], Н.М. Карамзина[54], В.О. Ключевского[55], Ю.В. Ключникова[56]. Среди современных авторов нельзя не отметить исследования А.Б. Каменского[57] и Л.В. Милова[58].

Оценка вклада славянофильства и западничества в процесс  изменения ценностной парадигмы России была бы неполной без исследования работ П.В. Анненкова[59], Т.Н. Грановского[60], И.В. Киреевского[61], А.С. Хомякова[62], П.Я. Чаадаева.
Для понимания концепции социализма и ее роли в формировании советской системы ценностей существенную роль сыграли труды  Н.А. Бердяева[63], В.И. Ленина[64], М.И. Туган-Барановского[65].

Среди современных работ двух последних десятилетий особое внимание привлекают труды, посвященные детальному анализу соотношений «ценностей» и реформ, проводимых в России в 1990-х годах.  В этих работах, авторы, как правило, исследуют специфику ценностных сдвигов, которые произошли в российском обществе с распадом СССР, и уделяют значительное внимание проблеме осуществления либерально-демократического проекта в России. Эксперты пытаются ответить на ряд актуальных для современного развития общества вопросов. Осмысление «ценностной парадигмы» с учетом реалий реформируемой России представлено в работах таких современных авторов как Л.А. Беляевой, В.В. Козловского, Н.И. Лапина, О.Ю. Малиновой[66], А.С. Панарина, Л.В. Полякова, А.И. Уткина, В.Г. Федотовой[67]. Существенную помощь в понимание системы ценностей современной российской политической элиты оказали работы О.Э. Бессоновой[68],  О.В. Гаман-Голутвиной[69].

Одной из последних работ, анализирующих взаимосвязь между моделями внутреннего развития, внешнеполитического поведения и «ценностной системой» России в исторической ретроспективе является книга С.В. Кортунова: «Национальная идентичность: Постижение смысла».[70] Особый интерес вызвала работа О.Ю. Малиновой: «Россия и Запад в XX веке: трансформация дискурса о коллективной идентичности»[71]. Отдельного внимания заслуживает работы В.В. Лапкина, В.И. Пантина, И.С. Семененко[72].

Второе направление обзора литературы, использованной при подготовке данного диссертационного исследования, включило в себя труды, посвященные появлению теории ценностей как особого раздела философского знания, а также внедрению категории «ценности» в теорию международных отношений. Широкое внедрение категории «ценности» в философию и становление этой категории как одного из главных предметов философской рефлексии произошло во второй половине XIX века. В этой связи особый интерес представляют работы Ф. Брентано[73], Р. Лотце[74], А. Ритчль[75]. Представители Баденской школы неокантианства В. Виндельбанд[76] и Г. Риккерт[77] в своих произведениях впервые стали рассматривать категорию «ценности» в качестве главного предмета философии. Социологи впервые применили понятие «ценности» для интерпретаций тенденций взаимодействия между субъектами международных отношений, преимущественно государств.

В данном контексте особое значение имеет работа К. Дойча «Политическое сообщество и Североатлантическое пространство»[78]. Идеи К. Дойча были развиты и дополнены в исследованиях Х. Булла[79] и М. Уайт[80]. Особый интерес вызывают работы М. Кахлера[81], Р. Кохэна[82], Х. Милнера[83], Дж. Ная[84] в которых международное сотрудничество и политика по продвижению ценностей демократии и прав человека  рассматривается в качестве стабилизаторов системы международных отношений.

 Использование категории «ценности» для описания Евросоюза как особого субъекта международных отношений получило широкое распространение благодаря работам Дж. Гальтунга[85] и Ф. Дюшена[86],  а также в трудах Х. Ларсена[87], Х. Маулла[88], С. Ставридиса[89], Х. Смита[90].

Особое внимание категории «ценности» в описании Евросоюза как «цивилизирующей силы» уделяли в своих исследованиях К. Хилл[91] и Р. Уитман[92].  В начале 1990-х гг. широкое распространение получила теория европеизации, объясняющая методы Евросоюза по транслированию собственной системы ценностей и анализу причин адаптации этих ценностей третьими странами. Среди работ в рамках этой теории необходимо выделить труды Дж. Капоразо, М. Грин Каулз, Т. Рисса[93]. Отдельного внимания заслуживают работы Т. Бёрзел[94],  Р. Ладрич[95], Дж. Ольсен[96], К. Радаэлли [97], В. Шмидта[98]. Очень полезными для понимания особенностей теории европеизации оказались труды С. Андерсена, К. Элиассен[99]. Интерес представляют труды  Ж.-Л. Кермонна,  К. Книлла, И. Мена, П. Мюллера[100]. Также были рассмотрены работы Б. Колер-Коха[101],  С. Минджерса, А. Эритье[102].

Исследование взаимоотношений России и Евросоюза в целом получило самое широкое распространение в отечественной политологии. Особенно велико число работ, посвященных вопросам евроатлантической и европейской безопасности. Изучение внешней политики Евросоюза и механизмов принятий решений в сфере общей внешней политики и политики безопасности (ОВПБ), сотрудничества России и Евросоюза в связи с развитием ОВПБ стали темой работ большого числа российских специалистов. Значительная часть трудов посвящена анализу политического диалога с точки зрения влияния последних этапов расширения Евросоюза на сотрудничество с Россией.

 К ним относятся Н.К. Арбатова [103], О.Н. Барабанов[104], И.В. Болгова[105], Ю.А. Борко [106], Е.Э. Горбатова[107], Д.А. Данилов[108], В.В. Журкин [109], А.В. Загорский [110], Н.А. Парканский [111],

В.В. Толкачёв [112], С.В. Уткин [113], Л.Н. Шишелина [114], Т.В. Юрьева[115] и другие. Оценкой влияния военной интеграции Евросоюза на качество политического диалога Евросоюза и России посвящены исследования Е.Э. Горбатовой[116], Д.А. Данилова[117], В.В. Журкина[118].

С точки зрения изучения политического диалога России и Евросоюза в самом широком смысле интерес представляет собой коллективный труд научных сотрудников ИМЭМО РАН: «Архитектура Евроатлантической безопасности».[119] В работе содержится комплексный анализ международно-политических принципов обеспечения европейской безопасности, а также оценка позиций России и Евросоюза в рамках таких сфер политического диалога как контроль над вооружениями в Европе, международное миротворчество, противодействие нетрадиционным угрозам. Особое место занимает оценка эффективности и роли различных международных и региональных структур: ООН, ОБСЕ, НАТО, Совета Европы, СНГ и ОДКБ в рамках складывающейся архитектуры безопасности.

Огромную значимость для темы данной диссертации представляет комплексное исследование Ю.А. Борко «От европейской идеи – к единой Европе».[120] Автор не только определяет стратегию, этапы развития, факторы успеха европейской интеграции, но и анализирует эффективность сотрудничества России и Евросоюза в таких сферах как политика, экономика и культура. Политическое сотрудничество, по мнению Ю.А. Борко, является одной из самых чувствительных областей взаимоотношений России и Евросоюза. Значительное место в работе занимает оценка связей России и Евросоюза в сфере безопасности.

Вопросы трансформации внутренней политической системы РФ под воздействием политики Евросоюза, фактически экспорта «ценностей» Евросоюза, как правило, не рассматриваются в качестве самостоятельного предмета исследования политического диалога. Отдельные упоминания стратегии Евросоюза, направленной на мониторинг соблюдения принципов демократии и прав человека в России, содержатся во многих российских исследованиях общего характера взаимоотношений двух игроков.

В этом контексте отдельного упоминания заслуживают исследования таких российских авторов как А.В. Авилова и Н.К.  Арбатова[121], Т.В. Бордачев[122], А.В. Загорский[123], Т.Ю. Романова[124], Шемятенков В.Г[125]. Эти авторы используют в своих  работах понятие «политической обусловленности» как механизма экспорта ценностей, норм, стандартов Евросоюза и дают ему определение, исходя из характера взаимоотношений России и Евросоюза. 

А.В. Авилова и Н.К. Арбатова рассматривают принцип политической обусловленности как исполнение Копенгагенских критериев в обмен на более высокий формат сотрудничества с Евросоюзом[126].

А.В. Загорский определяет принцип политической обусловленности как взаимосвязь прогресса реформ в России и оптимизации сотрудничества России и Евросоюза[127].

Т.В. Бордачев и Т.А. Романова дают более широкое определение принципа политической обусловленности: «способность ЕС приостанавливать помощь и вводить санкции при нарушении партнером принципов демократии и несоблюдения ими прав человека[128]». В целом вопрос о роли «ценностей» в рамках политического диалога России и Евросоюза не являлся до сих пор предметом комплексного анализа в рамках российской академической среды.

Большую помощь при анализе общих тенденций развития взаимоотношений России и Евросоюза в краткосрочной и долгосрочной перспективе оказали работы д. ист. наук С.А. Караганова, а также сборники, подготовленные экспертным коллективом Совета по внешней и оборонной политике и факультета мировой экономики и мировой политики НИУ ВШЭ.

Блок зарубежных работ может быть представлен исследованиями, посвященными непосредственно изучению содержания и характера политического диалога России и Евросоюза в самых разнообразных его аспектах.

Такие авторы как К. Бариш (2006)[129], Н. Гнесотто (2002)[130], Ч. Грант  (2008)[131], С. Фишер (2006)[132], Дж. Хьюз (2008)[133], Р. Шуте (2004)[134], М. Эмерсон (2001, 2008)[135],  концентрируются на характеристике общего состояния политического партнерства России и Евросоюза. Часть авторов прогнозирует возможные форматы, которые примет сотрудничество России и Евросоюза в обозримом будущем.

Источниковая база исследования содержит целый комплекс материалов, которые можно разделить на следующие группы. 

Основополагающие договоры, которые учредили ЕЭС/ЕС, и договоры, вносившие изменения в основополагающие документы;

Коммюнике по итогам саммитов Европейского совета;

Резолюции Европарламента;

Заключения Совета ЕС по общим вопросам и внешней политике;

Сообщения Еврокомиссии, посвященные внешнеполитическим проблемам;

Документы, определяющие направление политики Евросоюза в отношении России;

Документы, регламентирующие и оценивающие оказание Евросоюзом финансовой и технической помощи России;

Официальные заявления и выступления чиновников Евросоюза;

Документы и заявления российских властей, касающиеся отношений Российской Федерации с Евросоюзом (доступны на сайте Министерства иностранных дел РФ).

Автор активно работала с публикациями официального журнала Европейского союза (Official Journal of the European Union). Издания «Bulletin of the European Union» и «Bulletin Quotidien Europe» использовались при анализе текущей деятельности Евросоюза в отношении России.

Апробация результатов исследования

Различные аспекты исследуемой темы, а также основные положения и выводы работы, излагались автором в ходе ряда научно-практических семинаров и конференций, в том числе в рамках совместного заседания Экспертного совета по внешнеполитической деятельности Совета Федерации РФ и Клуба инновационного развития Института философии РАН на тему «Россия в мировых конфликтах» (Москва, 2009)[136].

Отдельные положения исследования были представлены на Международной летней школе по актуальным европейским проблемам[137] Центра восточно-европейских исследований (Бремен, Германия, 2008), в рамках семинара по методологии исследований[138] для 1 курса специальности «международные отношения» факультета мировой политики и мировой экономики ГУ-ВШЭ (Москва, 2010), семинаре проекта «Я думаю»[139] Фонда Либеральная миссия (Новогорск, 2011)

По теме диссертации автор опубликовала несколько статей, в том числе три работы в журналах из перечня ВАК. Серия материалов по тематике взаимоотношений России и Евросоюза была опубликована на страницах информационного портала Клуба мировой политической экономики НИУ ВШЭ (www.wpec.ru) и Центра поддержки и развития общественных инициатив «Креативная дипломатия» (www.picreadi.ru) .

II. Основное содержание работы

Структура работы

Диссертация состоит из введения, двух глав, заключения, списка использованных источников и литературы. Деление исследования на две главы обусловлено не только необходимостью практического анализа политического диалога России и Евросоюза с точки зрения содержания, места и роли категории «общие ценности» в политическом диалоге, но и рассмотрения философского контекста изучения системы ценностей России и системы ценностей, декларируемой Евросоюзом, а также появления категории «ценности» в теории международных отношений.

Во введении обосновывается выбор темы, ее актульность и новизна, научная и практическая значимость исследования, формулируются цели и задачи, определяются методологические основы работы и степень разработанности темы.

Первая глава посвящена изучению философского и теоретического аспектов вопроса «разрыва ценностей» в политическом диалоге России и Евросоюза. Автор использует сравнительно-исторический подход, рассматривая процесс формирования европейской системы ценностей, а также становления системы ценностей России. Целью данного анализа является попытка выявить исторические периоды сближения и расхождения двух систем ценностей. Автор рассматривает степень взаимовлияния и разрыва двух систем ценностей до момента образования Евросоюза и России в ее текущем статусе.

 В первом параграфе главы представлен обзор трансформации системы европейских ценностей как совокупности наиболее значимых принципов устройства общества, государства и межгосударственных отношений на разных исторических этапах: эпохи Античности, Средневековья, Возрождения, Просвещения и Абсолютизма, становления национальных государств, в период между первой и второй мировой войнами и в послевоенный период.

Европейская система ценностей постоянно проявляет себя как динамичная категория. Ее содержание очень часто оказывается предопределенно конкретным историческим этапом развития Европы в целом, или отдельного европейского государства в частности. Автор подчеркивает, что главный кризис, который когда-либо переживала европейская система ценностей, связан с началом второй мировой войны. Упразднение свободы и равенства граждан, отсутствие свободы слова становились традиционными атрибутами и собственной системой ценностей зарождавшихся в Европе фашистских режимов. Окончание второй мировой войны и победа над фашизмом  вернули европейскую систему ценностей к ее классическим греко-римским истокам, позволили сохранить и развить те элементы, которые были заложены идеологией либерализма, а также на долгие годы определили пацифизм в качестве краеугольного камня европейской системы ценностей.

 В выводах к первому параграфу автор подчеркивает, что на протяжении всего исторического развития Европа, безусловно, оставалась комбинацией различных политических, экономических и социальных систем. В то же время Европу отличает определенное отношение к человеку и его месту в обществе.

Евросоюз стал кульминацией экономического, политического и социального развития Европы и ее символом, фактически монополизировал понятие «европейские ценности». Первоначально выступая лишь за сохранение системы «европейских ценностей» в рамках собственных границ, Евросоюз постепенно перешел к стратегии экспорта «европейских ценностей» на соседние государства. Формат партнерства, предлагаемый третьим странам, становился обусловленным степенью приверженности тем ценностям, которые Евросоюз выделял в качестве значимых. Это неизбежно порождало оценочные суждения о наличии или отсутствии «разрыва ценностей» между Евросоюзом и государствами-соседями, в частности Россией.

Вопрос о сближении с европейской системой ценностей в самом широком смысле является противоречивым, так как эта система ценностей на данный момент проходит очередной период трансформации и максимально динамична. Под воздействием внешних угроз, таких как международный финансовый кризис и активный приток представителей иных религиозных и национальных групп, а также внутренней трансформации, Европа и Евросоюз в целом переживают кризис собственной системы ценностей. В итоге, в будущем в этой системе ценностей могут усилиться элементы, когда-то присущие классическому национальному государству и которые очень часто отстаивает Россия в рамках дискуссии об «общих ценностях» с Евросоюзом.

Во втором параграфе рассматриваются факторы формирования системы ценностей России в сравнительно-исторической перспективе. Особое внимание уделяется оценке роли православия в формировании государственности Древней Руси, ее взаимоотношений с внешним миром и дальнейшей трансформации системы ценностей Киевской Руси, а затем и Московского царства. Отдельный интерес вызывает изучение эпохи Петра I как исторического момента, когда Россия стала одним из ключевых факторов европейской политики и оказалась равной по своему внешнеполитическому весу другим европейским державам. При этом в своей внутренней политике она оказалась совершенно чуждой тем идеалам, которые пропагандировала европейская система ценностей.

Значительное внимание уделяется анализу системы ценностей России в рамках советского периода развития. В частности автором оцениваются возможности, которые теоретически предоставляла Великая Октябрьская Социалистическая революция для сближения России с другими европейскими государствами, прежде всего, гарантирования гражданских прав и свобод.

Текущее состояние системы ценностей России является противоречивым. Автор подчеркивает, что ценности, декларируемые и пропагандируемые государством на официальном уровне, и практики функционирования государственных институтов сильно отличаются друг от друга. Тем не менее, именно в период 1990х гг. сближение систем ценностей России и Европы, в лице Евросоюза, стало максимальным. В России было юридически закреплено право на частную собственность, появились элементы представительской демократии. Формально «разрыв», если не «пропасть», возникшая между европейской системой ценностей и советской системой ценностей, были преодолены. Однако в тоже время автор отмечает, что на данный момент нахождение России и Европы на разных этапах исторического развития определяет содержание и различия в их системах ценностей. Для России по-прежнему значимыми остаются понятия: невмешательства во внутренние дела и национального суверенитета, которые находятся в определенной оппозиции к системе ценностей Евросоюза, готового пожертвовать этими ценностями во имя сохранения основных свобод и защиты прав человек. Однако, как отмечалось ранее, подобный подход Евросоюза уже проходит стадию трансформации.

В выводах ко второму параграфу автор подчеркивает, что в контексте модернизации как ключевой цели развития России, вопрос о сближении двух систем ценностей приобретает новое звучание. С одной стороны, Россия продолжает рассматривать понятия «великая европейская держава» и «европейская цивилизация» как взаимоисключающие, тем самым, повторяя спор, который начался после завершения «модернизации» на пределе возможностей при Петре I. Реализация на практике либерально-демократических ценностей рассматриваются как неизбежно ведущая к потере внешнеполитической самостоятельности. В тоже время присутствует определенное понимание того, что укрепление условно «европейской» составляющей системы ценностей России – это, в первую очередь, вопрос ее дальнейшего внутреннего развития, а также внешнеполитической и внешнеэкономической конкурентоспособности. Однако, взгляд на Россию, как на объект оценки с точки зрения приверженности «европейским ценностям», может лишь усилить тенденции к их неприятию.

Третий параграф посвящен изучению категории «ценности» в теории международных отношений.

Вторая глава исследования посвящена непосредственному анализу политического диалога России и Евросоюза с точки зрения места и роли категории «общие ценности».

В первом параграфе второй главы автор представляет детальный анализ политического диалога России и Евросоюза с момента подписания Соглашения о Партнерстве и Сотрудничестве и до принятия Коллективной стратегии ЕС в отношении России и Стратегии развития взаимоотношений с ЕС на среднесрочную перспективу. Автор анализирует противоречия, изначально заложенные в содержании категории «общие ценности», которая была условно определена в рамках ст. 2 раздела «Общие принципы» СПС. В итоге автор определяет «разрыв ценностей» между Россией и Евросоюзом как различное понимание приоритета тех или иных элементов категории «общие ценности», различную оценку степени приверженности сторон «общим ценностям», различное понимание места и роли категории «общие ценности» в рамах политического диалога сторон. «Разрыв ценностей» между Россией и Евросоюзом проявил себя, как на концептуальном уровне, в случае поддержки Евросоюзом операции «Объединенные усилия» в СРЮ в 1999 году, так и на концептуальном и инструментальном уровнях, в случае первой и второй чеченской кампании.

Фактически к концу 1990-х гг. политика Евросоюза, направленная на использование механизма «политической обусловленности» как главного инструмента распространения собственной системы ценностей на территории РФ, потерпела провал.

Во втором параграфе второй главы автор анализирует попытки Евросоюза пересмотреть политику использования механизма «политической обусловленности».  Эти попытки в целом оказались непродуктивными. Евросоюз по инерции следовал выбранной в начале 1990-х гг. стратегии, несмотря на принятие в 2004 году трех аналитических докладов, которые должны были расставить новые акценты в дискуссии об «общих ценностях».

Трансформация международной среды, рост внешнеполитического влияния России, ее роль в борьбе с международным терроризмом вынуждали представителей Евросоюза быть более гибкими в вопросах оценки степени приверженности России «общим ценностям». Россия, в свою очередь пыталась трансформировать свой внешнеполитический и экономический вес в возможность воздействия на изменение акцентов в дискуссии об «общих ценностях».

Третий параграф второй главы посвящен изучению влияния принятия «дорожных карт» на дискуссию об «общих ценностях», а также позиции сторон по вопросу «общих ценностей» накануне истечения срока действия СПС. Автор констатирует, что, к сожалению, к 2007 году, накануне начала переговоров по новому соглашению, стороны не имели консенсуса по поводу того, каким является место и роль категории «общие ценности» в текущем политическом диалоге России и Евросоюза.

 На официальном политическом уровне стороны декларировали развитие стратегического партнерства на основе «общих ценностей» и «прагматических интересов».  Но, Евросоюз, по-прежнему, пытался ассимилировать Россию под свои стандарты и нормы, используя при этом не санкции, так называемую «негативную политическую обусловленность»,  а «диалог» как инструмент давления. В российском восприятии дискуссия об «общих ценностях» уже давно рассматривалась как часть политики «двойных стандартов» и инструмент получения уступок от России по другим направлениям сотрудничества, в частности энергетическому диалогу.

Четвертый параграф анализирует период отношений России и Евросоюза с начала переговоров по поводу подписания новой договорно-правовой базы сотрудничества и по настоящий момент. Автор подчеркивает, что в условиях наличия широкого ряда значимых двусторонних вопросов, Евросоюз проявляет гибкость в вопросе обсуждения «общих ценностей», а Россия жесткость в отставании выбранного подхода. По мнению автора, наглядным примером этому является ситуация с обсуждением действий России в ходе «августовской войны» на Южном Кавказе.

В рамках проекта «Партнерство для Модернизации»,  стартовавшего в 2009 году, Евросоюз продолжает отмечать, что «общие ценности» - значимая часть политического диалога. Модернизация в понимании ЕС подразумевает, прежде всего, укрепление верховенства закона, политических свобод. Цели России в отношении данного проекта ограничиваются технической и экономической модернизацией. В результате Россия и Евросоюз вновь оказываются в ситуации различного понимания и использования категории «общие ценности» в рамках своего взаимодействия.

В Заключении подведены итоги проведенного исследования, сформулированы основные выводы, дан прогноз относительно возможного места и роли категории «ценности» в будущем формате сотрудничества России и Евросоюза. 

Основные положения, выносимые на защиту

Политико-правовой формат взаимоотношений, установленный при подписании Соглашения о партнерстве и сотрудничестве (СПС) в 1994 году и сохраняющийся на данный момент, закрепил появление, содержание и место категории «общие ценности» в политическом диалоге России и Евросоюза на официальном уровне.

С момента установления официальных взаимоотношений, Россия и Евросоюз стали активно использовать категорию «общие ценности» в официальном политическом дискурсе. Не являясь по своей природе юридическим термином, эта категория фактически отражала содержание ст. 2 раздела «Общие принципы» СПС. В рамках данной статьи стороны обязались на двусторонней основе соблюдать принципы, заявленные в рамках Хельсинского заключительного акта и Парижской хартии для новой Европы. Данная статья подчеркивала, что эти принципы выступают не только в качестве основы, но и условия реализации не только политического диалога, но и всего комплекса взаимоотношений России и Евросоюза.

 С момента подписания СПС, прошло 17 лет. Тем не менее, этот договор остается единственным двусторонним юридически обязывающим документом во взаимоотношениях России и Евросоюза, выполнение которого выступает в качестве неотъемлемого требования реализации любого совместного проекта партнеров. На официальном уровне, содержание и место категории «общие ценности» в политическом диалоге России и Евросоюза по-прежнему отражает политико-правовую парадигму 1990-х гг.

Россия и Евросоюз никогда не оспаривали содержание категории «общие ценности», что отвечало их стратегиям внешнеполитического и внутриполитического развития на разных этапах реализации политического диалога.

По своему содержанию, принципы, заявленные в рамках категории «общие ценности», не противоречили внутриполитическому и внешнеполитическому курсу, официально выбранному Россией как в период 1990-х гг., так и в период 2000-х гг. В начале 1990-х гг. Россия декларировала «демократическую солидарность» с западным миром и необходимость создания благоприятных условий для строительства демократии внутри страны. Россия совершила качественный и быстрый «рывок» в сторону сближения с европейской системой ценностей, символом которой выступал Евросоюз. Условно в начале 1990-х гг., Россия оказалась в той же ситуации, что и Московское царство при Петре I, когда было необходимо преодолеть ранее сложившуюся культурную, экономическую и политическую самоизоляцию.

В целом, заявленное движение к демократическому, федеративному правовому государству с республиканской формой правления, в котором человек, его права и свободы, являются высшей ценностью, а также возвращено и гарантировано право на частную собственность, позволяет России вести политический диалог «на равных» с западным миром, в лице Евросоюза. Приверженность категории «общие ценности», так же как принятие и приверженность христианству в X веке, или появление такой формы государственности как Российская империя в XVIII веке, создают возможность выступать с позиций государства, политические, экономические и социальные практики которого имеют единые по сравнению с Евросоюзом основания.

В 2000-х гг. переориентация внешней политики России на отстаивание национальных интересов не означала отказ от содержания категории «общие ценности». Реализация различных элементов данной категории отвечала заявленным внутриполитическим целям строительства развитой либеральной демократии с конкурентоспособной рыночной экономикой.

С точки зрения Евросоюза, содержание категории «общие ценности» в политическом диалоге с Россией стало отражением целей Евросоюза играть роль нормативного внешнеполитического игрока. Экспорт заявленной системы ценностей в отношении государств кандидатов на членство или третьих стран, является, с одной стороны способом обеспечения безопасности и стабильности на европейском континенте, с другой самоидентификации во внешнем мире.

«Разрыв ценностей» в политическом диалоге партнеров определяется приданием различной значимости отдельным элементам категории «общие ценности», что обусловлено пребыванием России и Евросоюза в разных исторических эпохах.

Примеры первой и второй чеченской кампании, позиция России в отношении операции «Объединенные усилия» в СРЮ, наглядно показали, что у России и Евросоюза присутствует разное понимание значимости отдельных элементов категории «общие ценности» при неоспоримости самого содержания этой категории. В начале 1990-х гг. Россия находилась на этапе создания своей новой государственности после распада СССР. На фоне нараставшего расшатывания федеративного устройства России, перехода от признания верховенства Конституции к договорным отношениям «невмешательство во внутренние дела», «неприменение силы и угрозы силой» со стороны третьих государств, «уважение территориальной целостности  и нерушимости границ» имели большое значение, чем  приверженность «уважению прав человека и основных свобод».

Россия и Евросоюз, максимально приблизившись, друг к другу с точки зрения ценностных систем,  оказались в разных исторических эпохах. Евросоюз представлял иерархию различных элементов категории «общие ценности», фактически воспитанную второй мировой войной, с культурой пацифизма, преобладающего отказа от применения силы, урегулирования любых конфликтов средствами переговоров, неоспоримой значимостью защиты свободы и прав человека, по крайней мере, на уровне официальной риторики. Он пытался навязать государству с многолетней историей ведения успешных экспансионистских и оборонительных войн, удержания территорий путем силового давления политику чуждую его культурно-историческим особенностям. Укрепление территориальных границ и невмешательство во внутренние дела, значимые для европейских стран в период зарождения Вестфальской системы международных отношений и на этапе строительства национальных государств, заняли первое месте в иерархии системы ценностей России.

Практика «двойных стандартов» со стороны Евросоюза в оценке приверженности отдельным элементам категории «общие ценности» в России и других государств-членов Евросоюза, а также непоследовательность применения имевшихся инструментов воздействия на трансформацию российского политического режима, в России вызвали определенное разочарование в Евросоюзе как нормативном игроке и носителе определенной системы ценностей. С другой стороны разочарование затронуло сами либерально-демократические ценности, активная приверженность которым на ранних этапах становления нового российского государства не привела к желаемым результатам: высокому уровню экономического развития и равноправному сотрудничеству с развитыми западными государствами. В итоге для России на первый план окончательно вышли ценности укрепления национального суверенитета и невмешательства во внутренние дела.

«Разрыв ценностей» в политическом диалоге партнеров определяется различным пониманием места и роли категории «общие ценности», что в период 1990-х гг. было обусловлено внешнеполитическими и внутриполитическими стратегиями партнеров, а в 2000-е гг. возросшим внешнеполитическим и внешнеэкономическим весом России на фоне ослабления внешнеполитического влияния Евросоюза.

На начальных этапах становления сотрудничества России и Евросоюза, Евросоюз, по инерции распространив на Россию модель сотрудничества, в рамках которой ключевым критерием для развития сотрудничества с третьей страной выступало соблюдение «общих ценностей», тем самым, пытался подтвердить свою роль нормативного внешнеполитического игрока.

В восприятии России, «успешная» Европа, олицетворяемая Евросоюзом, должна была стать источником инструментов, которые позволили бы России в короткие сроки осуществить переход к развитой рыночной системе взаимоотношений в экономике и либеральной демократии во внутренней политике. Россия стремилась к интеграции с западными демократическими державами и ведущими западными региональными организациями, пытаясь восстановить статус и влияние, когда-то присущее СССР, поэтому выбранная модель сотрудничества рассматривалось скорее не как попытка ущемления собственной субъектности, а как способ демонстрации серьезности выбранного курса внутриполитического и внешнеполитического курса развития.

В 2000-е гг. во взаимоотношениях с Евросоюзом риторика о приверженности «общим ценностям» играла роль способа демонстрации того, что Россия – уже часть западного мира с точки зрения и внешней, и внутренней политики, и может оказать воздействие на разрешение проблем, с которыми сталкивается западный мир. Это происходило на фоне разворачивавшейся глобальной антитеррористической кампании, роста значения энергетического фактора в мировой политике, глобального международно-финансового кризиса.

В подобном контексте, Евросоюз фактически оказался в «ловушке» в рамках диалога об «общих ценностях». Даже в отсутствии реальных инструментов трансформации внутриполитического режима России он не мог отказаться от необходимости приверженности «общим ценностям» в качестве основы взаимоотношений с Россией. Это пошатнуло бы позиции Евросоюза как нормативного внешнеполитического игрока и становилось менее возможным с вступлением в Евросоюз государств Центральной и Восточной Европы, также Прибалтики, имевших особую историческую память в отношении России. В итоге категория «общих ценностей» по инерции играла роль, заложенную парадигмой 1990-х гг.

В самом широком смысле «разрыв ценностей» в политическом диалоге России и Евросоюза был первоначально заложен отсутствием четких критериев соблюдения «общих ценностей» в рамках выбранной политико-правовой модели сотрудничества.

Формат взаимоотношений, в рамках которого сотрудничество России и Евросоюза было обусловлено соблюдением «общих ценностей», что фактически отражено в рамках СПС, изначально содержал ряд фундаментальных противоречий. Эти противоречия в любом случае могли привести к появлению «разрыва ценностей» между Евросоюзом и потенциальным партнером, вне зависимости выступала в качестве данного партнера Россия или нет. Во-первых, отдельная сложность заключалась в том, насколько принципы, заявленные в качестве составляющих элементов категории «общие ценности», вообще могли иметь инструментальный характер. Во-вторых, отсутствие четких критериев соблюдения данных принципов давало прекрасный повод для манипуляции любой дискуссией о наличии или отсутствии «общих ценностей» у партнеров.

«Разрыв ценностей» в политическом диалоге России и Евросоюза имел тенденцию к усилению, выразившуюся, в попытках России если не активно утвердить, то хотя бы отстаивать собственное видение места и роли категории «общие ценности» в политическом диалоге России и Евросоюза.

Подчеркивая свою принадлежность к европейской системе ценностей, рассматривая себя как одну из ветвей европейской цивилизации, постепенно Россия стала претендовать на правомерность собственной модели развития. В данном случае позиция России по поводу места и роли категории «общие ценности» с конца 1990-х гг. и по конец 2000-х гг. оставалась последовательной: основа сотрудничества на равноправных началах в отсутствии каких-либо оценочных суждений и символ общности культурно-исторического наследия России и Европы. В период 2000-х гг. Россия стала впервые уделять больше внимания практике «двойных стандартов» со стороны Евросоюза в оценке степени приверженности «общим ценностям». Изменение характеристик международной среды, роли и места России в решении глобальных проблем, в частности в энергетике, а также связанных с борьбой с международным терроризмом,  международным финансовым кризисом, заставили Евросоюз стать более гибким в дискуссии об «общих ценностях».

Отсутствие достаточных возможностей и потенциала для реализации собственного видения места и роли категории «общие ценности» в политическом диалоге с Россией определило постепенное снижение внимание Евросоюза к данному вопросу. 

На протяжении 1990-х гг. политика Евросоюза в отношении России в вопросе приверженности «общим ценностям», носила ситуативный характер и не представляла собой последовательную и подкрепленную достаточными финансовыми и экономическими инструментами стратегию.

Опасения, что сильное политическое давление на Россию может привести к приходу к власти реакционных сил и дестабилизации государства, оказались более  сильными, чем желание подтвердить функционирование механизма «обусловленности» сотрудничества соблюдением «общих ценностей». Де-юре европейская сторона пыталась придерживаться идеи «обусловленности» стратегического партнерства «общими ценностями», непоследовательно подкрепляя эту стратегию определенными практическими шагами, такими как приостановка ратификации СПС в период первой чеченской кампании или замораживание фондов ТАСИС и «Северное измерение» в ответ на начало второй чеченской кампании. Но, во многом режиму Б.Н. Ельцина  предоставлялся карт-бланш, из-за боязни «потерять» Россию. Кроме того,  в повестке дня Евросоюза на первом месте было расширение на государства Центральной и Восточной Европы и внутренние институциональные реформы.

Уже в 2000-е гг., усиление внешнеполитического и внешнеэкономического веса России, связанное с началом глобальной антитеррористической кампании, ростом энергетического фактора в политике, мировым финансовым кризисом, заметным образом снизило внимание к вопросу соблюдения «общих ценностей».

Сегодня у Евросоюза нет четкого понимания того, какие инструменты необходимо использовать для обеспечения приверженности России когда-то заявленной категории «общие ценности». Ситуация осложняется тем, что сама система ценностей Евросоюза находится в стадии трансформации, и пока не ясным остается результат данной трансформации.

Период 1990-х, также как и период 2000-х гг. ясно показали, что у Евросоюза не способен использовать даже те незначительные инструменты давления, которые есть у него в распоряжении с целью обеспечения приверженности «общим ценностям».

В тоже время, можно с уверенностью сказать, что система ценностей Евросоюза проходит новый этап своей трансформации. В настоящий момент страны-участницы Евросоюза испытывают воздействие  внешних угроз, связанных с трансформацией международной финансово-экономической системой и наплывом мигрантов, с чуждой европейской культурой и системой ценностей. В результате чего государства – члены Евросоюза готовы отдать приоритет не коллективным мерам преодоления тех новых угроз, с которыми они столкнулись, уважению прав и свобод всех категорий граждан, включая мигрантов, что было бы в духе постнациональной системы ценностей и постнационального пространства, а ценностям защиты национального суверенитета.  В определенной мере государства-члены Евросоюза начинают проявлять протекционизм и рост государственного контроля над определенными сферами жизни общества с целью обеспечения большей безопасности. В конечном итоге часть членов Евросоюза может вернуться к доминированию парадигмы традиционного национального государства, даже внутри существующего интеграционного объединения.

По теме диссертации автором опубликованы следующие статьи 

Научные статьи, опубликованные в журналах, рекомендованных перечнем ВАК:

1.      Россия и Евросоюз: возможна ли новая эпоха «больших надежд»? / Безопасность Евразии. 2010. - № 1 (39) - С. 447 – 455 (1 п.л.).
URL: http://www.kuznetsovvn.ru/files/2010_1.pdf

2.      Россия и Евросоюз: перспективы большой сделки / Безопасность Евразии. - 2009. - №2 (36) -  С. 433 – 440 (1 п.л.).

URL:  http://www.kuznetsovvn.ru/files/2009_2.pdf

3.      Европейский союз: ценности или интересы? / Безопасность Евразии. - 2009. - №1 (35) - С. 337 – 345 (1 п.л.).

URL: http://www.kuznetsovvn.ru/files/2009_1.pdf

Научные статьи в других изданиях:

1.      Будущее пространства европейской безопасности: «ценностное измерение». Договор о европейской безопасности как «новая реальность» международных отношений. /  Совет Федерации Федерального собрания Российской Федерации. Россия в новом веке: внешнеполитическое измерение. Сборник материалов экспертного совета Комитета Совета Федерации по международным делам. 2009 год. - Издание Совета Федерации. М. - 2010. - С. 180 – 194 (1 п. л.).

2.      Россия и Евросоюз: ценности или интересы / Вестник аналитики. -  2009. -  35(1). – С.  115 – 120 (1 п.л.).

      URL: http://www.isoa.ru/art-view.php?bc_tovar_id=540

Автореферат опубликован на сайте URL: http://www.ieras.ru


[1]Гордон Ч. У истоков европейской цивилизации/ Ч. Гордон. // Пер. с англ. М. Б. Свиридовой-Граковой и Н. В. Ширяевой. - М.: Издательство иностранной литературы, 1952. - 466, [2] c.

[2]Норманн Д. История Европы/ Н. Дэвис.// Пер. с англ. Т.Б. Менской -  М.: АСТ: ХРАНИТЕЛЬ, 2007. - 943, [1] с.: 32 л. ил.

[3]Hay, D. Europe: The Emergence of an Idea //Edinburgh: Edingburgh University Press, 1957. – 175 p.

[4]Loth W. Identity and Statehood in the Process of European Integration // Journal of European Integration History. - 2000.  - N6. – P. 19-31

[5]Нойманн И. Использование «Другого»: образы Востока в формировании европейских идентичностей/ И. Нойманн. - М.: Новое издательство, 2004. - 336 c.

[6]Strath B. A European Identity: to the historical limits of a concept// European Journal of Social Theory. – 2003. -N5. – P. 387 – 401.

[7]Cerutti F. Towards the political identity of  the Europeans: an Introduction//A soul for Europe. On the political cultural identity of the Europeans, ed. by F. Cerutti, E. Rudolph., Leuven, 2001. – Vol.1 – P.17; Cerutti F. Constitution and political identity in Europe // Postnational constitutionalisation in the enlarged Europe: foundations, procedures, prospects, ed. by U. Liebert Baden-Baden, 2005.

[8]Эмерсон М. Экзистенциональная дилемма Европы/ М. Эмерсон // Вестник Европы. -  2005. - №15. URL: http://magazines.russ.ru/vestnik/2005/15/eme6.html

[9]Кокка Ю. Границы Европы и идентичность / Ю. Кокка. // Пер. с нем. Е. В. Безмен. - М.: Российский государственный гуманитарный университет, 2007. - 310 с.

[10]Schwarzmantel J.J. Citezenship and identity: Towards a new Republic// New York, Routledge, 2003. – 200 p. -  P.186

[11]Аристотель. Сочинения / Аристотель. // В 4 т.; серия «Философское наследие». - М.: Мысль, 1975 - 1983.

[12]Геродот. История. В 9-ти кн. / Геродот // Пер. Г.А. Стратановского. - М.: ООО Издательство АСТ, Ладомир, 2002. - 752 с.

[13]Гомер. Илиада / Гомер // Пер. Н. И. Гнедича.; ст. и прим. А. И. Зайцева; отв. ред. Я. М. Боровский; серия «Литературные памятники». - Л.: Наука, 1990. - 576 с.

[14]Ливий Т. История Рима от основания города. В 3 т. / Т. Ливий // Переводы под ред. М. Л. Гаспарова, Г. С. Кнабе, В. М. Смирина; отв. ред. Е. С. Голубцова; серия «Памятники исторической мысли». - М.: Наука, 1989 -1993.

[15]Платон. Собрание сочинений в 3-х тт. / Платон. - Т.3 (1). - М., 1971. – 624 с.

[16]Фукидид. История / Фукидид // Пер. и примеч. Г. А. Стратановского; отв. ред. Я. М. Боровский; серия «Литературные памятники». - Л.: Наука, 1981. - 543 с.

[17]Православная государственность: 12 писем об империи // Под ред. А.М. Величко. - СПб., 2003. - 304 с.

[18]Карташев А.В. Вселенские Соборы / А.В. Карташев // Император Юстиниан I Великий (527-565) и V Вселенский Собор. - М., 2002. – 458 с.

[19]Гуревич А. Я., Харитонович Д. Э. История Средних веков / А.Я. Гуревич, Д.Э. Харитонович - М.: МБА, 2008. - 320 с.

[20]Гуревич А. Я., Харитонович Д. Э. История Средних веков / А.Я. Гуревич, Д.Э. Харитонович - М.: МБА, 2008. - 320 с.

[21]Ле Гофф Ж. Средневековый мир воображаемого / Ж. Ле Гофф // Пер. с фр.; общ. ред. С. К. Цатуровой. -М.: Прогресс, 2001. - 440 с.; Ле Гофф Ж. Цивилизация средневекового Запада / Ж. Ле Гофф // Пер. с фр.; общ. ред. Ю. Л. Бессмертного; послесл. А. Я. Гуревича. - М.: Издательская группа «Прогресс», Прогресс-Академия, 1992. – 376 с.

[22]Кенигсбергер Г. Средневековая Европа / Г. Кенигсберг. - М.: Весь Мир, 1987. - 374 с.

[23]Шпэт Л. 1992: Мечта о Европе/ Л. Шпэт. -  М., 1993. – 272 с.

[24]Bodin, J.  Les six livres de la République // Lyon: de l'impr. de Jean de Tournes, 1579. – 759 p.

[25]Voltaire. Le Siècle de Louis XIV//1874. – p. 669.

[26]Гоббс, Т.  «Левиафан,   или   Материя,   форма   и  власть  государства  церковного  и

Гражданского» / Т. Гоббс. // Сочинения: В 2 т. – Т. 2. – М.: Мысль, 1991. – 478 с.

[27]Локк Дж. Сочинения в трех томах / Дж. Локк. - Т. 3. - М.: Мысль, 1988. - 668 с.

[28]Макиавелли Н. Государь / Н. Макиавелли - М.: Планета, 1990. – 80 с.

[29]Пико делла Мирандола Дж. «Речь о достоинстве человека»/ Дж. Пико делла Мирандола. // Эстетика Ренессанса. - Т 1. -  М., 1981. - 495 с. - С. 243-305.

[30]Монтескье Ш.Л. О духе законов / Ш.Л. Монтескье – М.: Мысль, 1999. – 672 с.

[31]Руссо Ж.Ж.  Об общественном договоре. Трактаты / Ж.Ж. Руссо // Пер. с фр. - М.: «КАНОН-пресс», «Кучково поле», 1998. - 416 с.

[32]Билль о правах // Конституции и законодательные акты буржуазных государств XVII-XIX. - М. Государственное издательство юридической литературы, 1957. – 221 с.

[33]Французская Республика: Конституция и законодательные акты. // Пер. с фр., сост.: Маклаков В.В., Энтин В.Л.; Редкол.: Барабашев Г.В., Жидков О.А., Ильинский И.П., Калямин Г.П., Страшун Б.А., Туманов В.А.; под ред. и со вступ. ст. Чиркин В.Е.; пер.: Маклаков В.В., Пучинский В.К., Энтин В.Л. - М.: Прогресс, 1989. - 448 c.

[34]Schuman Declaration and the Birth of Europe, May 8, 1950.

[35]The Four Freedoms delivered by Fr. D. Roosevalt, American Rhetoric, Top Speeches (электронный ресурс), January 6, 1941.URL: http://www.americanrhetoric.com/speeches/fdrthefourfreedoms.htm

[36]Speech by Sir Winston Churchill, Council of Europe (электронный ресурс), September 19, 1946. URL: http://assembly.coe.int/Main.asp?link=/AboutUs/zurich_e.htm,

[37]Declaration on European Identity, December 14, 1973.

[38]Coudenhove-Kalergi, R. Europe must unite//Glarus: Paneuropa, 1939. - 160 p.

[39]Баткин Л. М. Европейский человек наедине с собой: очерки о культурно-исторических основаниях и пределах личностного самосознания / Л.М. Баткин. - М., 2000 - 1005 с; Керни Р. Диалоги о Европе. / Р. Керни. - М., 2002 – 320 c.; Рубинский Ю. И. Европейские ценности/ И. Ю. Рубинский. – ДИЕ.- №189. - М.: Ин-т Европы РАН: Рус. сувенир, 2007. – С.50.; Фуше М. Европейская республика: Исторические и географические контуры/ М. Фуше. - М.: Международные отношения, 1999 – 168 c.; Чубарьян А.О. Европейская идея в истории. Проблемы войны и мира/ А.О. Чубарьян. - М., 1987 – 352 с.; Швиммер В. Мечты о Европе. Европа с середины 19 века до рубежа третьего тысячелетия/ В. Швиммер. - М.: ОЛМА-Пресс, 2003 – 383 с.

[40]Деррида Ж., Хабермас Ю. Наше обновление после войны: второе рождение Европы/ Ж. Деррида, Ю. Хабермас // Отечественные записки. - 2003. - № 6. - С. 98–105.

[41]Данилевский Н. Я. Россия и Европа / Н. Я. Данилевский. - Спб., 1889. – 559 с.

[42]Трубецкой Н. Мы и другие/Н. Трубецкой. - Россия между Европой и Азией: Евразийский соблазн. - М.: Наука, 1993. – 369 с.

[43]Бердяев Н.А. Истоки и смысл русского коммунизма / Н.А. Бердяев. - М., 1990 – 107 с.; Бердяев Н.А. Душа России / Н. А. Бердяев. -  Л., 1990 – 30 с.; Бердяев Н.А. Русская идея / Н.А. Бердяев. – Издательство: Азбука, 2008. – 320 с.

[44]Леонтьев К.Н. Восток, Россия, славянство / К.Н. Леонтьев. - Издательство: Республика, 1996. – 800 с.

[45]Соловьев В.С. Россия и Вселенская церковь/ В.С. Соловьев //Пер.с фр. Г.А.Рачинского. - М.:ТПО «Фабула», 1991.- 447с.

[46]Франк С.Л. Духовные основы общества / С.Л. Франк. - М.: Республика, 1992. - 511с.; Франк С.Л. Русское мировоззрение / С.Л. Франк. - СПб.: Наука, 1996. - 736с.

[47]Федотов Г. П. Судьба и грехи России: в 2 томах / Г.П. Федотов.  – Т.1. - СПб.: София, 1991. – 351 с.

[48]Флоренский П. А. Священник - Сочинения в 4-х томах/ П.А. Флоренски        й // Сер. Философское наследие. - Т. 3 [ч. 1-2] - Издательство: Мысль, Москва. 2000. – 560 с.

[49]Чаадаев П.Я. Статьи и письма / П.Я. Чаадаев. – Издательство «Современник», 1989. – 624 с.

[50]Иконников В.С. Опыт исследования о культурном значении Византии в русской истории / В.С. Иконников. - Киев, 1869. – 577 с.

[51]Синицына Н.В. Третий Рим: Истоки и эволюция русской средневековой концепции (XV—XVI вв.) / Н.В. Синицына. - М. .: Индрик, 1998. – 416 с.

[52]Куракин Б.И. История о Петре I и ближних к нему людях. 1682—1695 гг./ Б.И. Куракин //Русская старина, - 1890. - Т. 68. - № 10. - С. 238-260.

[53]Кавелин. К. Д. Мысли и заметки о русской истории /К.Д. Кавелин.//Наш умственный строй. Статьи по философии русской истории и культуры. -  М., 1989. – 224 с.

[54]Карамзин Н.М. Записка о древней и новой России в ее политическом  и  гражданском  отношениях /Н. М. Карамзин. -  М.: Наука, 1991. – 344 с. URL: http://www.hist.msu.ru/ER/Etext/karamzin.htm

[55]Ключевской В.О. Сочинения в восьми томах. Том VIII. Исследования, рецензии, речи (1890-1905) / В. О. Ключевский. - М., Издательство социально-экономической литературы, 1959. – 490 с.

[56]Ключников Ю.В., Сабанин А. Международная политика новейшего времени в договорах, нотах и декларациях / Ю.В. Ключников, А. Сабанин.  – М., 1925.

[57]Каменский. А.Б. Российская империя в XVIII веке: традиции и модернизация / А.Б. Каменский. - М., 1999. – 328 c.

[58]История России с древнейших времен до конца XVII века//Под редакцией Л.В. Милова. – М.: Эксмо, 2009.

[59]Анненков П.В. Литературные воспоминания / П.В. Анненков - М.: Правда, 1989.  – 688 c.

[60]Кареев Н.И. Историческое миросозерцание Грановского / Н.И. Кареев. - СПб, 1905. – 109 с.

[61]Киреевский И. В. Полн. собр. соч. / И.В. Киреевский. // Под ред. М. Гершензона. - М, 1911.

[62]Хомяков А.С. Собр. соч.: в 8 т. / А.С. Хомяков. - М., 1900.

[63]Бердяев Н. Истоки и смысл русского коммунизма / Н. Бердяев. - М., 1990. – 107 с.

[64]Ленин В.И. Государство и революция: учение марксизма о государстве и задачи пролетариата в революции / В.И. Ленин// Ленин В.И. Полное собрание сочинений. – 5-е изд. – Т. 33. – М.: Издательство политической литературы, 1974. – С. 1–120.

[65]Туган-Барановский М.И. Социализм как положительное учение / М.И. Туган - Барановский. - Изд. 2-е, стереотип. - М., Издательство: Едиториал УРСС, 2003. – 136 с.

[66]Малинова О.Ю. Символическая политика и конструирование макрополитической идентичности в постсоветской России/ О.Ю. Малтнова.// Полис. - 2010. - №2.

[67]Беляева Л. А. Социальная модернизация в России в конце XX века / Л. А. Беляева. - М.: ИФ РАН – 172с., 1997; Козловский В.В., Уткин А. И., Федотова В. Г. Модернизация: от равенства к свободе / В.В. Козловский, А. И. Уткин, В.Г. Федотова. - СПб.: Изд-во Санкт-Петербургского ун-та, 1995 – 280 с.; Лапин Н.И. Проблема социокультурной реформации в России: тенденции и перспективы/ Н.И. Лапин. //Вопросы философии. - 1996. - №5; Панарин А.С. Россия в цивилизационном процессе / А.С. Панарин. -  М., 1995; Поляков Л. Путь России в современность: модернизация как деархаизация / Л. Поляков. - М. .: ИФ РАН, 1998 – 202 с.; Уткин А. И. Россия и Запад: история цивилизаций / А.И. Уткин. - М. Гардарики, 2000 – 574 с.; Федотова В. Г. Модернизация «другой» Европы / В.Г. Федотова. - М. .: ИФ РАН, 1997. – 255 с.

[68]Бессонова О. Э. Раздаточная экономика России / О.Э. Бессонова. - М.: РОССПЭН, 2006. - 144 с.

[69]Гаман-Голутвина О. В. Политические элиты России: Вехи исторической эволюции / О.В. Гаман-Голутвина. - М.: РОССПЭН, 2006. – 448 с.

[70]Кортунов С. В. Национальная идентичность: Постижение смысла / С.В. Кортунов. – М.: Аспект Пресс, 2009. - 589 с.

[71]Малинова О. Ю. Россия и Запад в XX веке: трансформация дискурса о коллективной идентичности. М.: РОССПЭН. 2009 – 189 с.

[72]Семененко И.С., Лапкин В.В., Пантин В.И. Идентичность в системе координат мирового развития/ И.С. Семененко, В.В. Лапкин// Полис. – 2010. - №3.

[73]Брентано, Ф. Избранные работы / Ф. Бретано. - М., 1996. – 176 с.

[74]Гартман Э. Философия Г.Лотце /Э. Гартман. - 1888; Кроненберг М.  Мировоззрение и духовный тип Г .Лотце / М. Кроненберг. - 1892; Челиус Ф. Учение Лотце о ценностях / Ф. Челиус. - 1904.

[75]Проблема ценности в философии. - М., 1966.

[76]Виндельбанд В. Избранное. Дух и история / В. Виндельбанд. – Издательство: Юристъ, 1995. – 688 с.

[77]Риккерт Г.  О понятии философии / Г. Риккерт. // Философия жизни. - Киев, 1998. – 459 с.

[78]Deutsch K. W. Political Community and the North Atlantic area. - Princeton: Princeton University Press, 1957. – 228 p

[79]Bull H. The Anarchical Society: A Study of Order in World Politics //Columbia University Press, 2001. – 335 p; Wight, M. The Balance of Power// In H.Butterfield and M.Wight eds., Diplomatic Investigations - London, Allen and Unwin, 1966; Wight, M. Western Values in International Relations //In H.Butterfield and M.Wight eds., Diplomatic Investigations - London, Allen and Unwin, 1966.

[80]Wight, M. The Balance of Power// In H.Butterfield and M.Wight eds., Diplomatic Investigations - London, Allen and Unwin, 1966; Wight, M. Western Values in International Relations //In H.Butterfield and M.Wight eds., Diplomatic Investigations - London, Allen and Unwin, 1966.

[81]Kahler M. (ed.) Liberalization and Foreign Policy. - New York: Columbia University Press, 1997. – 325 p.

[82]Keohane R. (ed.) Neorealism and its critiques. - N.Y.: Columbia University Press, 1986 - 378 p; Keohane R. After hegemony: cooperation and discord in the world political economy. - Princeton: Princeton University Press, 2005. – 312 p.

[83]Milner H. Interests. Institutions and information. - Princeton: Princeton University Press, 1997. – 309 p.

[84]Nye J.S. Soft power: The means to success in world politics. - Public Affairs, 2004. – 208 p.

[85]Galtung J. The European Community: A Superpower in the Making? - L.: Allen & Unwin, 1973. – 194 p.; Ducjene F. Europe’s Role in World Peace // R.Mayne (ed.). Europe Tomorrow: Sixteen Europeans Look Ahead. – London: Fontana, 1972. – P. 32 -47.

[86]Ducjene F. Europe’s Role in World Peace // R.Mayne (ed.). Europe Tomorrow: Sixteen Europeans Look Ahead. – London: Fontana, 1972. – P. 32 -47.

[87]Larsen H. A global military actor? // Cooperation and conflict. – 2002. - Vol.37. - Issue 3. – P. 283 – 302.

[88]Maull H. Germany and Japan: The new civilian powers // Foreign Affairs. – 1990. - Vol.69. - №5. – P. 91 – 106.

[89]Stavridis S. Why the “militarising” of the European Union is strengthening the concept of “civilian power Europe”//Robert Schuman Centre Working Paper – 2001. – No.17.

[90]Smith H. European Union foreign policy: What it is and what it does. - L. Pluto Press, 2002.

[91]Hill C. European foreign policy: Power bloc, civilian model or flop? //Rummel R. (ed.), The evolution of an international actor, Boulder, CO: Westview, 1990.

[92]Whitman R. From civilian power to superpower? - Basingstoke: Macmillan, 1998. – 251 p.

[93]Transforming Europe: Europeanization and Domestic Change.// Risse T. Cowles M.G., Caporaso J (eds.). - Ithaca NY: Cornell University Press, 2001. – 336 p.

[94]Borzel, T. and  Risse, Th. When Europe Hits Home: Europeanization and Domestic Change//EUI Working Paper RSC. – 2005. – No. 6. – P. 12

[95]Ladrech R. Europeanization and democratic politics and institutions: The case of France // Journal of Common Market Studies. – 1994. - Vol.32. - № 1.- P.69-88.

[96]Olsen J.P. The Many Faces of Europeanisation. //ARENA Working Papers. – 2001. – No. 01/2

[97]Radaelli C.M. The Europeanization of Public Policy // Featherstone K., Radaelli C (eds.).,The Politics of Europeanization. - Oxford, Oxford University Press, 2003. – 351 p.

[98]Schmidt V. From state to market? The transformation of French business and government. - Cambridge. Cambridge University Press, 1996 – 476 p.

[99]Andersen S., Eliassen K. Making policy in Europe. The Europeification of national policy-making. - London:  Sage. 1993. – 284 p.

[100]Adjusting to Europe. The impact of the European Union on national institutions and policies. // Mény Y., Muller P., Quermonne J. (Eds.) – London: Routledge, 1996. – 342 p.

[101]Interaktive Politik in Europa. Regionen im Netzwerk der Integration.// Kohler-Koch B. (ed.) - Opladen: Leske & Budrich, 1998. – 309 p.

[102]Héritier A., Knill C., Mingers S. Ringing the changes in Europe. Regulatory competition and the transformation of the state. – Berlin, Walter De Gruyter, 1996. – 363 p.

[103]Арбатова Н.К. Россия и ЕС: общее пространство безопасности: дискуссии / Н. К. Арбатова. – М.: Комитет «Россия в объединенной Европе», 2004. – 100 с.

[104]Барабанов О.Н. Общая политика Европейского союза в области обороны и безопасности: этапы становления и перспективы развития / О.Н. Барабанов // Европейские страны СНГ: место в «Большой Европе»; под ред. В.Грабовски, А.В.Мальгина, М.М.Наринского (отв.ред). – М.: Международные отношения, 2005. – 308с.

[105]Болгова И.В. Политика Европейского союза в Закавказье и Центральной Азии: 1993-2004 гг. // Дис.канд.ист.наук. - М., 2005.

[106]Борко Ю.А. Россия-Европейский союз: сценарии взаимоотношений // Расширение Европейского союза и россия; под ред. О.В.Буториной, Ю.А.Борко. – М.: Издательский Дом «Деловая литература», 2006. – 568 с.

[107]Горбатова Е.Э. Общая внешняя политика и политика безопасности Европейского союза: развитие проблемы / Е.Э. Горбатова // Доклад Института Европы. – 2003. - №115.

[108]Данилов Д.А. Общая внешняя политика и политика безопасности ЕС / Д.А. Данилов // Европейский союз на пороге XXI века: выбор стратегии развития; под ред. Ю.А.Борко и О.В.Буториной. – М.: Эдиториал УРСС, 2001. – 472 с.

[109]Журкин В.В. Европейский союз в XXI веке: европейская политика безопасности и обороны / В.В. Журкин. // Доклад Института Европы РАН. – 2005. - №170; Журкин В.В., Максимычев И.Ф., Машлыкин В.Г., Шишков Ю.В. Европа в многополярном мире / В.В. Журкин., И.Ф.Максимычев, В.Г. Машлыкин, Ю.В, Шишков // Доклады Института Европы.- 2000. - № 66. – М.: Экслибрис - Пресс, 2000. – 85 с.

[110]Загорский А.В, Лукас М.Р. Россия перед европейским выбором / А.В. Загорский, М.Р. Лукас.// Ин-т по исследованию проблем Восток-Запад. - М.: Международные отношения, 1993.

[111]Парканский Н.А. Новейшие тенденции в отношениях Европейского союза со странами Азиатско-тихоокеанского региона / Н. А. Парканский. //Дис. канд. полит.наук. – М, 2002.

[112]Толкачев В.В, Роль Франции в становлении общей оборонной политики Европейского союза: Исторические аспекты / В.В. Толкачев. // Дис..канд.ист.наук. - Нижний Новгород, 2005.

[113]Уткин С.В. Институциональное развитие Общей внешней политики и политики безопасности Европейского союза / С.В. Уткин. //Европейский союз: В поисках общего пространства внешней безопасности. - М.: ИМЭМО РАН, 2007. – 103 с.

[114]Шишелина Л.Н, Расширение ЕС на восток: международно-политические аспекты / Л.Н. Шишелина. // Дис. д-ра.ист.наук. - М., 2005.

[115]Юрьева Т.В. Внешнеполитическое измерение ЕС: парадоксы и дилеммы/ Т.В. Юрьева. //Космополис. - 2004/2005. – Зима. - № 4(10).

[116]Горбатова Е. Э. Развитие общей внешней политики и политики безопасности ЕС на современном этапе и интересы России / Е.Э. Горбатова. //Десять лет внешней политики России. - М.: РОССПЭН, 2003. - С. 488 - 491

[117]1. Борко Ю.А., Данилов Д.А. Россия – Европейский Союз: стратегия стратегического партнёрства / Ю.А, Борко, Д.А. Данилов. //ДИЕ РАН. – 2005. -  № 157.  2. Россия – Европейский Союз: на пути к четырём общим пространствам // Часть I, под.  ред. Д.А. Данилова. - ДИЕ РАН. - 2008. - № 224. 3. Россия – Европейский Союз: на пути к четырём общим пространствам // Часть II. Под. ред. Д.А. Данилова. - ДИЕ РАН. – 2008. - № 225.

[118]1. Журкин В.В. Вклад России в решение нетрадиционных проблем европейской безопасности (2005-2006) // В.В. Журкин. - ДИЕ РАН. – 2007. - № 190.  2. Журкин В.В., Максимычев И.Ф., Машлыкин В.Г., Шишков Ю.В. Европа в многополярном мире / В.В. Журкин, И.Ф. Максимычев, В.Г. Машлыкин, Ю.В. Шишков //Под ред. Н.П. Шмелева.  - ДИЕ РАН. – 2000. - № 66. 3.  4. К безопасной Европе: вклад России //Часть I. Структурный фундамент европейской безопасности: роль и место России, под ред. О.А.Гриневского (отв. ред.), Д.А.Данилова, В.В.Журкина. - ДИЕ РАН. – 2007. -  № 195. 5. К безопасной Европе: вклад России //Часть

[119]Архитектура евроатлантической безопасности// Под общей редакцией проф. Юргенса И. Ю., акад. Дынкина А. А., чл.-корр. Барановского В. Г. – М.: Экон-Информ, 2009 – 124 с.

[120]Борко Ю.А. От европейской идеи – к единой Европе / Ю.А. Борко.  – М.: Издательский Дом «Деловая литература», 2003. – 464 с.

[121]Авилова А., Арбатова Н. Расширение ЕС на Восток: предпосылки, проблемы, последствия / А. Авилова, Н. Арбатова. – М.: Наука, 2003. – 343 с.

[122]Бордачев Т., Романова Т. Выбор России надолго определить ее отношения с ЕС // Россия в глобальной политике. – 2003. – Апрель/Июнь. - №2.

[123]Загорский А.В. В поисках системности: как перейти от слов к делу во взаимоотношениях России и ЕС / А.В. Загорский// Восточное измерение Европейского союза и Россия. Международная конференция; под ред. Ф.Козина, В.Кузнецова. – Спб, 2004. – 167 с.

[124]Бордачев Т., Романова Т. Выбор России надолго определить ее отношения с ЕС // Россия в глобальной политике. – 2003. – Апрель/Июнь. - №2.

[125]Шемятенков В.Г.Европейская интеграция. / В.Г. Шемятников.//Учебное пособие. – М.: Международная жизнь, 2003. – 400 с.

[126]Авилова А.В., Арбатова Н.К. Расширение ЕС на восток: предпосылки, проблемы, последствия. / А.В. Авилова, Н.К. Арбатова. - М.:Наука, 2003. –  343 с.

[127]Загорский А.В. В поисках системности: как перейти от слов к делу во взаимоотношениях России и ЕС // Восточное измерение Европейского союза и Россия. Сборник докладов под ред. Ф.А.Казина, В.Е.Кузнецова. 2004. – С.21

[128]Бордачев Т.В., Романова Т.А. Модель на вырост // Россия в глобальной политике. – 2003. -  Апрель/Июнь. - Том 1. - №2. - С.55

[129]Barysch, K. The EU and Russia: from Principle to Pragmatism? // Centre for European Reform. - Policy Brief. -November 2006. – 8 p.

[130]Gnesotto, N., Kagan, R.,Kremenyuk, V. European Security and Defence Policy: Taking Stock// ESF Working Paper. - September 2002. - № 8.

[131]1. Grant Ch. How to handle the new Russia// CER BULLETIN. - October/November 2008 - ISSUE 62 2. Grant Ch. Learing to live with the new Russia// CER BULLETIN. - October/November 2004 - ISSUE 38

[132]Fischer, S. Russia and the EU- new developments in a difficult partnership //In: Friedrich-Ebert-Stiftung (ed.): Partnership with Russia in Europe, Scenarios for a future Partnership and Cooperation Agreement, Berlin, 2006. – 44 p.

[133]Hughes J. EU Relations with Russia: Partnership or Asymmetric Interdependency? // In: Casarini, Nicola and Muzu, Costanza, (eds.) The EU's foreign policy in an evolving international system: the road to convergence. Palgrave studies in European Union politics . Palgrave, London, UK, 2006 – 288 p.

[134]Schuette, R. E.U.-Russia Relations: Interests and Values -European Perspective// Carnegie Papers. - December 2004. -  № 54.

[135]Emerson, M. The Elephant and the Bear: The EU, Russia, and their Near Abroads / M. Emerson //In: Foreign and Security Policy, CEPS Paperbacks. – October 01, 2003. – 63 p.; Emerson, M. The Struggle for a Civilized Wider European Order //CEPS Working Document. - October 2008. -  №. 307.

[136]Ярошенко Л.А. Будущее пространства европейской безопасности: "ценностное измерение". Договор о европейской безопасности как "новая реальность" международных отношений.   Совет Федерации Федерального собрания Российской Федерации. Россия в новом веке: внешнеполитическое измерение. Сборник материалов заседаний экспертного совета Комитета Совета Федерации по международным делам. 2009 год. Издание Совета Федерации. М., 2010.С. 180 - 194.

[137]Directing Political Transformations: the Evolution of the EU’s Approach to the Russian Federation and Ukraine (1994–2007)// Электронная презентация (Power Point на DVD), Бремен, Германия. – 2008.

[138]« «Разрыв ценностей» в политическом диалоге Россия – Европейский союза (1994-2010)»// Электронная презентация (Power Point на DVD), Москва. – 2010.

[139]«Система европейских ценностей и место мультикультурализма. Российское измерение проблемы»// Электронная презентация (Power Point на DVD), Новогорск. – 2011.

 

 


   Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100